"Если бы они верили, они бы не уходили"

Святое Причастие — это дар любви Божией человеку.
Бог позволяет человеку иметь полный доступ и полное общение с Собой. Мы не становимся богами, мы не получаем от божественную природу, но мы соединяемся с Богом. Мы должны относиться к этому очень серьёзно.

Когда вы встречаете кого то, он вам говорит, как он сильно вас любит, он залезает с вами в постель. Совершается телесное взаимодействие, и он уходит, полностью вас игнорирует потом, а вы говорите, ну и хорошо. Вы же так не скажете?
Мы приступаем к Святому Причастию с любовью, со страхом и со смирением. Не потому, что мы достойны — Бог приглашает нас, потому что Он нас любит. И после этого священник говорит: не позволяйте, чтобы это было в осуждение, а не во спасение.

Если вы приходите без усилия быть достойным, это уничтожит вас, как огонь уничтожает солому. Это не означает, что я никогда не приступлю, я боюсь, это означает то, что нужно поменять свою жизнь, чтобы вы могли приступать. Вы должны жить каждый день так, чтобы вы могли причащаться.

Как-то раз моему правящему архиерею позвонили домой в 11 часов вечера и сказали: «У меня мама умирает в больнице», — он говорит: «Да, я батюшку отправлю прямо сейчас». Он позвонил мне, и я поехал на метро. Я поехал в достаточно опасную часть города. Я приехал в больницу, выслушал исповедь этой женщины, причастил Святых Христовых Тайн.

У меня была сумка, где была епитрахиль, другие вещи, я пошел обратно на поезд. К этому времени уже было 1:30 ночи, я был один на станции метро. Я когда зашел в поезд, там не было никого, кроме меня. Мы доезжаем до следующей станции, это достаточно опасное место. Я не знаю, как у вас станции метро работают, когда у нас поезд приходит на станцию, открываются все двери, даже если там никого нет. Я был на одном конце поезда, а на другом конце поезда зашел еще один человек в кожаной куртке, выглядел он как гангстер. Он зашел и начал на меня глазеть. Двери закрылись, и мы поехали. А он двигается ко мне. У меня сумка стоит на полу, рядом со мной.

Он подходит ко мне и говорит: «А это что такое?» Потому что я еду в рясе, не в костюме. А он говорит: «Ты кто такой?» — «Я священник». Он говорит: «Священник, какого рода священник?» — «Я православный священник». — «А что такое православный священник?» Я ему объяснил, а он сказал: «А, это примерно, как католики. Что в этой сумке?» — «То же самое, что в твоей голове» — «Что?» Я говорю: «Ничего, пусто». Он заулыбался и говорит: «Ты меня уже не боишься». Он сел рядом со мной. И он мне дал урок богословия.

Он говорит: «Я когда-то был католиком. Я больше не католик». Я говорю: «Почему?» — «Я в эти вещи больше не верю». Я говорю: «А в какую вещь ты веришь?» — «Я не верю в то, что священник нам говорил». — «А что он вам сказал?» — «Он сказал нам, что он берет хлеб, берет вино, он молится над ними, хлеб и вино становятся Иисусом Христом. Ты в это веришь что ли?»

Я говорю: «Конечно». Он говорит: «Ты не веришь». Я говорю: «Да, я верю». — «Тогда и люди твои тоже верят?» — «Они тоже верят». — «Они тогда никогда не уходят домой, да?» Я говорю: «Что?» — «Они никогда не идут домой, они не покидают церковь». — «Конечно, они покидают, у них семьи, у них работы». — «Они не верят, если бы я верил, что Иисус Христос был там, куда бы я пошел? К чему бы я пошел? Почему вы уходите? Они не верят. Если бы они верили, они бы никогда не уходили».

Подумайте над этим. Почему мы приходим в церковь и не готовы принимать Святое Причастие? Это может быть последний раз, когда вы видели Господа.
Я сегодня беру выходной, чтобы пойти на литургию? — Нет, я не могу, потому что мы летом в Крым собираемся, если я сегодня от этого дня откажусь, то я не смогу поехать в отпуск. Вы делаете так, как вы верите, и имеете, ох, мало веры. Если бы вот эта вся комната собрала ее вместе, мы бы даже одну снежинку здесь не расплавили на окне. Вера такая холодная.

Была женщина, которая пришла на литургию в Нью-Йорке и сказала: отец, я больше не могу сюда в церковь ходить. Я прихожу в церковь, чтобы чувствовать себя хорошо, прекрасно, а я чувствую себя ужасно, я все время слышу, какая я ужасная. Я говорю: «Моя дорогая, ты приходишь в церковь не для того, чтобы чувствовать себя хорошо, а чтобы делать хорошо». Вы делаете неправильные вещи. Поступайте хорошо, потому что вы любите, и тогда вы будете чувствовать себя хорошо, и вы тогда будете хорошими.

Схиархимандрит Иоаким (Парр)