Как фронтовик, он прекрасно знал цену этой победы. «Я никогда не называл эту войну великой, — сказал однажды Булат Окуджава. — Отечественной – да. Великой – никогда. Война – это просто бойня. Великой может быть Победа. Великим может быть народ, его терпение».
\
Прежде чем перейти к оценке песенного творчества поэта, необходимо сказать несколько слов вообще о Булате Окуджаве (рабе Божием Иоанне) как о христианине. Поскольку не всем известно, что Булат Шалвович крестился непосредственно перед своей кончиной, и тем более мало кто знает о тех мистических фактах, которые предшествовали его крещению.
Его жена Ольга, будучи православной, переживала о том, что ее муж не крещен, и после смерти они не смогут быть вместе. Лет за 10-15 до кончины поэта, Господь сподобил ее посетить Псково-Печерский монастырь. Ей посчастливилось беседовать с о. Иоанном (Крестьянкиным). В ответ на ее сетования, что муж не крещен, старец неожиданно прорек: «А ты не волнуйся, ты сама его и покрестишь». От неожиданности Ольга только и смогла спросить: «А как же я его назову? Булат ведь имя не православное». «А назовешь его Иваном, как меня», – был ответ старца… Об этом событии жена Окуджавы вспомнила уже после смерти поэта, когда предсказание старца в точности сбылось.
А произошло это так. Во время своей последней поездки в Париж, где Окуджава был с женой, он заболел, и заболел к смерти. Чуя близкую кончину, он поведал жене, что хочет креститься. Будь дело в Москве, Ольга смогла в кратчайшее время пригласить священника для совершения крещения. Но в далеком от родины католическом Париже… она не смогла быстро отыскать православного священника. И тогда, зная о том, что страха смертного ради любой христианин или христианка может крестить умирающего, она, чувствуя приближающуюся кончину, только спросила его: «С каким именем тебя крестить?» «Иоанном!» — услышала она в ответ. Так в точности сбылись слова старца о. Иоанна (Крестьянкина), сказанные Ольге за много лет до этого события, в Псково-Печерском монастыре.
Окуджава пел перед многотысячной аудиторией так, как для узкого круга друзей. Его песни быстро снискали поистине всенародную любовь и вызвали резкую критику официальной прессы за «камерность» и «аполитизм».
Этой индивидуальной, доверительной интонацией пронизано все творчество Окуджавы: его стихи, автобиографические повести, исторические романы. Это разговор о вечном: дружба, любовь, дух противостояния «маленького человека» с его тонкостью чувств, ранимостью и порядочностью бездушию «большой» государственной машины. Его поэтические песни, напоминающие традиционный городской романс, это удивительное сочетание глубины чувства и парадоксальности мысли, изящества слога и метафоричности образов.
Полночный троллейбус становится кораблем, а его пассажиры – матросами. Синий шарик улетает и возвращается, успев побывать земным шаром. В этом интимном и одновременно космическом мире песенной поэзии «одинокого рыцаря Арбата», как иногда называют Булата Окуджаву, каждый может узнать что-то свое.
Этот мир становился особенно близким слушателю в единстве стихов, мелодии, ритма, голоса Булата Окуджавы. В этом, вероятно, один из секретов его феноменальной популярности, которую сам он объяснял исключительно как заслугу времени.
Источники: Фёдор Борковский «О воспитательном значении песенного творчества Булата Окуджавы» и РГРК «Голос России»