Плач о нерожденных детях

Мне часто снятся мои дети, те самые, нерожденные. Снятся две светлые головки, я не вижу их лиц, я не знаю, мальчики это или девочки, но их всегда двое. Они тянут ко мне свои ручки и шепчут:" Мама, за что? За что ты нас убила?" Потом их тельца медленно исчезают, остаётся лишь шепот, тихий-тихий: " За что? ". Я тянусь к ним, мне хочется дотронуться до них, сказать что-то. Этот шепот такой живой, такой проникновенный…

Всякий раз он переносит меня в больничую палату, где на гинекологическом кресле я вижу себя. Я лежу, стиснув зубы и схватившись намертво за ручки кресла. Мне безумно больно, болит низ живота, болит все внутри, но еще больше болит сердце. Хочется закричать, но что-то заставляет молчать, закусив губы до крови. Слышно позвякивание инструментов, до меня доносится вопрос врача: — Что же ты ждала столько? Срок-то немаленький. -Думала, выношу.- прошептала я. -С твоими-то венами,- усмехнулась она. -Ну, что ж начнем, придется потерпеть,- предупредила она.

Я чувствую, как в мое тело входит что-то холодное, железное. Оно начинает грубо царапать, скоблить, кромсать, резать. Крик немеет на губах… Больно, очень больно, но больше боли мучает стыд. Каждый раз, когда вниз падает еще один кусочек того, что еще недавно было моим ребенком, мне хочется завыть и умереть от бессилия и чувства стыда.

-Расслабь мышцы,- доносится голос врача,- не так больно будет. Первый раз, сразу видно. Дети есть? -Двое: сын и дочь. Хотели третьего.- прошептала я. -Здоровье подправишь и рожай. Скоро закончим.- вероятно, хотела подбодрить она меня. -Странно… -Что? -Ты на УЗИ была? -Да. -Ничего не сказали? -Нет, а что? -А в роду у вас близнецы есть? -Да, а что?- спросила я, внутренне холодея от возможного ответа. -Двойня у тебя, вернее, была. Слезы сами собой полились из глаз. Я всегда мечтала о близнецах. И вот… Минут через 15 закончили. Медсестра помогла спуститься…

Так я не кричала никогда: она забыла убрать таз. В нем было кровавое мессиво… Кровавое мессиво из того, что еще полчаса назад жило во мне, было моей плотью, частью меня. Теперь это было сгустками крови, кусочками мяса. Я медленно сползла на холодный кафель. Очнулась я в палате. Рядом стояла врач с комочком вонючей ваты. -Ну и испугала ты нас. Люди в год по десять раз бегают и ничего. А ты в обморок падаешь. -Простите- тихо сказала я. -Да ладно, я за эти годы всякого насмотрелась. Родишь еще. -Этих уже нет. — Зря я тебе сказала про двойню. Ты постарайся попроще смотреть на это. Все делают аборты, поверь. Ладно, полежи немного, отдохни. Потом домой, твои в приемной ждут. — Мужу не говорите про двойню. -Хорошо.

Прошло восемь лет. Не было больше абортов, не было больше и детей. Было и есть вторичное бесплодие. Был и повторяется сон и шепот:" Мама, за что? За что ты нас убила? " Был и есть вопрос, на который я не могу найти ответа: «А может, все обошлось бы? Не надо было слушать врачей?» Ответа нет. И не будет.