Когда Ангелы плачут

Мой друг-священник недавно венчал молодую пару. Современные, красивые, умные. Он – успешный сотрудник высокотехнологичной компании, она – переводчик, знаток английской литературы XIX века. Прямо светятся от любви и нежности друг к другу. Глаз не оторвать.

…На следующий день после венчания молодая пара поехала в дорогую частную клинику, где счастливая новобрачная сделала аборт. Когда друг-священник узнал об этом, плакал как ребенок. Рассказывает, а сам трясется от гнева: представляешь, что за люди? Они шли венчаться, заранее зная, что завтра с утра убьют собственного ребенка…

Я слушал и думал: «Как же так? Ведь они же крещеные, раз пришли. Православные…»

Каждый год в нашей стране совершается более трех миллионов абортов. И большинство этих детоубийц, счастливых, успешных, молодых и не очень, по всей видимости, крещены в православную веру. Они встают с утра и идут убивать своих детей. Каждый год три миллиона изрезанных скальпелями, вытравленных кислотой невинных и непрощённых. Один Екатеринбург и половина Калуги под нож. А потом мы говорим про любовь. И тогда Ангелы затыкают уши и начинают плакать. Вдумайтесь, как звучит: «Я беременна, но это временно, и будет так, как мы захотим». «Мы оставили отпечатки наших ботинок на Луне, и когда возвращались, Бога там не встречали». Это утвердило нас в собственном превосходстве и стало началом нашего конца. Нет ни одного зверя, у которого не было хотя бы капли жалости. Но у нас нет жалости. Потому что мы не звери…

Мы – православные. Так мы считаем. Духовные скрепы, зов предков, иконы в каждом углу. Без благословения за руль не садимся. Духовные все, по каким-то святым местам ездят. Вчера вернулись с Афона, на прошлой неделе были в Переделкино, батюшка Илий благословил, и дальше по тексту…

Дальше будет вот что: землю, проклятую невинной кровью, Господь отдаст тем, которые будут не такими кровожадными к собственным детям. Вы их прекрасно знаете: в семьях у них по восемь-десять детей, и они ими гордятся. Они режут баранов в центре Москвы и готовы на коленях идти до Мекки и обратно. Они не боятся утопить своих врагов в крови, но боятся крови невинных детей.

Когда сербский Патриарх Павел говорил об этом на улицах Косово, его никто не слушал. Сегодня в центре Косово тянет свою бесконечную песню муэдзин и ветер разносит гарь древних православных монастырей. Нас все это тоже ждет, если не одумаемся.

Денис Ахалашвили