Как сохранить нам храм души своей

Как сохранить нам храм души своей, чтобы не входило в него ни­что нечистое и враждебное Духу Божию и не приводило его в состо­яние запустения и падения? Для сего надобно оградить его крепкою, надежною стражею.

1. Поставь на страже души своей здравое рассуждение и строгое

внимание к самому себе. Приучи мысль свою взирать на землю и все земное очами веры, видеть здесь то, что есть на самом деле,— одну су­ету суетствий, одно тление и прах, один призрак, который рано или поздно исчезнет из глаз наших. Возлюби всем сердцем небо и жизнь вечную, поставь их, как и должно, первою и главною целью всей жиз­ни твоей, средоточием всех помышлений и стремлений твоих, всех надежд и желаний твоих. Тогда все, кажущееся важным и великим на земле, явится ничтожным, все кажущееся приятным потеряет свою прелесть, все почитаемое драгоценным явится не имеющим никакой цены и достоинства. Все, что теперь обольщает, пленяет и увлекает сердце человеческое на путь заблуждения и греха, окажется столь низким и ничтожным, что будет возбуждать одно только отвращение.

2. Поставь на страже души своей страх Божий. Приучи свою мысль, свое воображение, свою память, свое желание — словом, все силы души своей быть всегда в святом вездеприсутствии Божием. Что бы ты ни делал, помни, что делаешь пред лицем Божиим; о чем бы ни думал, думаешь пред Господом; чего бы ни желал, желаешь пред оча­ми Божиими, что светлое око Божие во всякое время дня и ночи ви­дит тебя, проницает всю глубину сердца твоего. Не допускай и в мыс­ли своей того, чтобы какое-либо движение души и тела твоего, какая- либо мысль или желание могли укрыться от всеведения Божия. Тогда весь ум и сердце твое исполнятся страхом и благоговением пред Бо­гом, все желание твое утвердится в воле Божией. Предзрех Господа пре­до мною выну,— говорит пророк Божий и царь Давид,— яко одесную мене есть, да не подвижуся. [1]

3. Поставь на страже души твоей память смертную, и вовеки не согрешишь. У присужденного к смерти не может быть другой мысли, как мысль о вечности и суде Божием, другого желания, кроме жела­ния блаженной жизни за гробом, другого страха, кроме страха вечных

мучений, другой надежды, кроме надежды помилования на суде Бо­жием. Ничто земное не пленяет его, никакая сладость греховная не прельстит его, никакие сокровища не привлекут к себе его сердца, ни­какие удовольствия не могут усладить чувств его. Все временное те­ряет всякую цену в очах его… А что же все мы, как не осужденные на смерть от самого рождения нашего? И что ожидает нас по смерти, как не Страшный суд Божий? О чем же и думать нам более, как не о смерти и суде Божием? Но да не подумает кто, чтобы эта непрестан­ная мысль о смерти ослабила ревность к полезным занятиям и делам нашим земным или сделала жизнь нашу слишком печальною. Память о смерти страшна только для празднолюбцев и грешников, а для ис­тинного труженика она есть побуждение к труду и облегчение труда, для праведника она преисполнена отрады и утешения. Ничто так не утешает истинного подвижника благочестия, как приближение того вожделенного часа, когда он может разрешитися и со Христом быти, [2] когда, возлегая на смертный одр, он может сказать с апостолом:… под­вигом добрым подвизахся, течение скончах, веру соблюдох: прочее у бо соблю­дается мне венец правды, егоже воздаст ми Господь в день он, Праведный Судия… [3]

4. Никакая стража так бдительно не охранит храма души нашей от всего нечистого и враждебного Духу Божию, как истинная, совершен­ная любовь ко Господу. Кто искренно, от всей души и сердца любит Господа, тот не только не сделает, но и не помыслит ничего против­ного воле Божией, ничего такого, чем оскорбляется святость Божия, от чего отвращается любовь Божия, чем возбуждается праведный гнев Божий; кто любит Бога, тот, напротив, старается делать все благоугодное пред Богом, находит отраду и утешение в исполнении за­поведей Божиих, для того пища и питие есть святое слово Господне, у того жизнь и дыхание есть непрестанная молитва ко Господу. Сн­ято совершенная любовь ко Господу есть та жизненная сила души ве­рующей, которая влечет ее ко всему доброму, святому, небесному, сочетавает в един дух с Господом, вселяет в нее Господа Иисуса Хрис­та, со Отцем и Святым Духом. Имеяй заповеди Моя и соблюдали их, той есть любяй Мя,— говорит Господь,— а любяй Мя возлюблен будет Отцем Моим… <… >… И к нему приидема, и обитель у него сотворима… [4]

Источник: Святитель Иустин Полянский, епископ Уфимский и Мензелинский. Мысли на каждый день года. Издательство Московского подворья Свято-Троицкой Сергиевой Лавры. М: 2012.

ПРИМЕЧАНИЯ:[1] Пс. 15, 8.[2] Флп. 1, 23.[3] 2 Тим. 4, 7-8.[4] Ин. 14, 21, 23.